Искусство в IT-технологиях...

Кирик Татьяна Анатольевна. Виртуальная реальность: сущность, критерии, типология, 2004

2.1. РЕАЛЬНОСТИ, ПОРОЖДАЕМЫЕ ТОЛЬКО ПСИХИКОЙ СУБЪЕКТА

В первую очередь рассмотрим так называемые «психологические виртуальные реальности», т.к. им были посвящены одни из самых первых и самые известных в нашей стране исследований.
51
В основе психологического понимания виртуальной реальности лежат работы Н.А.Носова, по инициативе которого был создан и под руководством которого до 2002 года работал Центр виртуалистики Института человека РАН.
Название «виртуалистика» было дано Н. А.Носовым подходу,, основанному на признании полионтичности реальностей. Он подчеркивал в работах, что «виртуалистика не является наукой. Виртуалистика есть онтологический подход, который может быть использован в любой научной дисциплине» [128,33].
Согласно предложенной Носовым парадигме, которая получала название виртуальной, существует множество несводимых друг к другу (т.е. онтологически независимых) реальностей, имеющих общие характерные признаки: актуальность, автономность, порожденность и интерактивность. Эти реальности являются виртуальными. «Психологическая виртуальная реальность» - один из частных видов виртуальных реальностей, возникающий при соответствующих условиях, рассматриваемый как один из слоев человеческой психики. «Психологическая виртуальная реальность» есть не что иное, как отражение психикой процессов, происходящих в самой же психике, ощущение характера протекания психических процессов в самообразе. Причем виртуальные события человек воспринимает и переживает не как порождение собственной психики, а как объективную реальность. В виртуалистике акцент делается на изучении процессуального, событийного аспекта психики, который не фиксируется в современной психологии иными средствами.
По мнению Н.А.Носова, психику человека можно рассматривать как иерархию реальностей, находящихся в виртуальном состоянии. Человек живет обычно на одном из возможных уровней психической реальностей, относительно которой все остальные имеют статус виртуального существования. Принятие идеи виртуальности приводит к тому, что психика рассматривается как сложное образование, включающее в себя разнородные реальности, не сводимые не только к непсихическим реальностям (например, физиологической или социологической), но и друг к другу. Носов отмечает, что
52
онтологически нет ограничений на количество уровней иерархии реальностей, но психологически, т.е. относительно конкретного человека, актуально функционируют только две реальности n-го уровня - одна константная и одна. порождаемая ею виртуальная. И в философской модели человек может положить существование этих реальностей как предельных, порождая дуализм, либо существование только одной реальности, считая вторую производной от первой (монизм). И, «учитывая, что философствующие субъекты могут находиться на разных иерархических уровнях, из этой парадигмы: (иерархический уровень и дуализм-монизм) можно реконструировать все западные типы философий» [128, 34].
Виртуальный подход, по мнению Н.А.Носова, дает возможность построить модель человека, в частности модель интеллекта, адекватную поведению человека в информационных виртуальных средах, которые станут базовыми в информационном обществе, однако сам Носов эту идею развить не успел. Нужно отметить, что, кроме виртуальной, предлагаются и другие модели ^ человека информационного общества, например, полицентричная модель [145].
Н.А.Носов утверждает, что «психические виртуальные реальности» v (виртуалы) на самом деле весьма распространенное явление, и что реально многое из того, что интерпретируется как особое состояние духа, есть виртуал. Это состояние может быть аналогично высшим духовным состояниям -прозрения, вдохновения, медитации, однако для вызова таких событий не требуется приобщения к особому, сакральному, тайному знанию. Сами по себе виртуалы не являются свидетельством особенного духовного продвижения. Эти состояния, тождественные высшим духовным, можно получить, применяя фактически любые психотехнические приемы.
Мы полагаем, что в этом случае понятие психологической виртуальной реальности синонимично понятию «феномен ощущения предельных возможностей человека» [45].
Разные культуры с присущими им психотехниками по-своему порождают различные виды «психической виртуальной реальности», как правило,
53
привлекательные для человека. В качестве иллюстрации можно привести состояние самопроизвольной деятельности, возникающее при измененном состоянии воли, когда все идет само собой без всяких забот (мыслей) со стороны человека. У даосизма его стержнем является «забытье», как отсутствие мыслей о чем-либо: «Это средоточие своего и чужого, всеобщего и родного и, превыше всего, самозабвенную устремленность в безбрежное Чжуан-цзы называет «забытьём» и толкует акт забвения с присущей ему виртуозной двусмысленностью. Забытое — это реальность, затемненная и скрытая от нас объективизацией слова. Но открыть реальность — значит забыть всякий субъективный голос» [112^ 88], То же самое свойство виртуала обозначается как один из принципов каратэ: «Когда стоишь перед противником, нельзя думать ни о чем. Твой разум должен уснуть, и ты обязан войти в состояние отрешенности. Лицо твое должно выражать лишь ненависть и неотвратимость победы. Только в этом случае ноги и руки будут действовать сами — легко и свободно» [151,174].
Психотехники ([82], [125], [154], [157] и т.п.), призванные достичь состояния гратуала (термин Н.А.Носова, обозначающий привлекательный виртуал), стали весьма модными и популярными в последнее время, как моден и предикат «виртуальные». Этот факт может быть рассмотрен как лишнее подтверждение готовности общества к приятию виртуальной парадигмы.
Аналогичных состояний можно достичь и менее трудоемким способом -с помощью наркотических средств. Так, клинические наблюдения показывают, что в результате интоксикации психотомиметиками (галлюциногенными наркотиками) происходит изменение сознания — «поворот всей психической установки с реальных объектов на собственные переживания» [117,99-100], т.е. фактически происходит отражение психикой процессов, происходящих в самой же психике, т.е. возникает психологическая виртуальная реальность в понимании Носова. В этом случае восприятия являются яркими и сочными, характерны «субъективность», «созерцательность» измененного внешнего мира, например «появляется ощущение только «духовного» присутствия; все
54
происходящее (испытуемый - Т.К.) хорошо и четко слышит и понимает, но кажется (ему - Т.К.), что физически он при этом не присутствует» [117, 100].
В классической науке для обозначения феномена, определяемого Н.А.Носовым. как «психические виртуальные реальности», используется понятие «измененные состояния сознания» (ИСС). Наиболее принято понимание ИСС как «возникающих в результате перехода на приспособительно оправданный,, качественно измененный способ функционирования ряда относительно автономных перцептивных и когнитивных модулей» [173, 6]. Общим ориентиром для работающих в данном направлении научных школ стало определение немецкого психолога А.Людвига ИСС «...как психического состояния, индуцированного применением разнообразных физиологических, психологических или фармакологических процедур либо факторов, которые могут рассматриваться с субъективной точки зрения (или с позиции объективного наблюдателя) как обусловливающие значительное отклонение в самосознании личности или в протекании психологических процессов от определенной структуры, характерной для данного индивида при нормальном состоянии активного бодрствования.. Такое значительное отклонение ¦ может быть представлено большей, чем привычная, обращенностью к внутренним ощущениям или психологическим процессам, изменениями в формальных характеристиках мышления: и искажением в различной степени восприятия реальности» (цит. по [173, 6]). Как видим, «психологическая виртуальная реальность» может быть рассмотрена как частный случай ИСС.
Обычно выделяются три категории ИСС: суггестогенные состояния, возникающие при гипнотическом и аутогипнотическом воздействии; фармакогенные состояния, индуцируемые в результате применения психоактивных препаратов; экзогенные, возникающие при попадании в экстремальные внешние условия,, которые обусловливают включение механизмов пере- и дезадаптации [173]. Именно исследование экзогенних измененных состояний сознания и лежало в основе предложенной Н.А.Носовым виртуальной парадигмы. Однако в рамках этой парадигмы
55
применительно к известному феномену был философски обоснованно введен новый термин и начал разрабатываться другой подход. Нужно заметить, что этот подход успешно применяется в практической деятельности, в частности, при лечении алкоголизма [132], в детской психологии [133], имеются наработки и в области юридической психологии [130], психологии управления [150].
Более того, и теория ИСС, и виртуальная парадигма имеют к качестве «камня в фундаменте» работы Ч.Тарта, который выдвинул концепцию дискретных состояний сознания. Состояние сознания видится Ч.Тарту гомеостатической системой, достаточно устойчивой к колебаниям своих компонентов, обусловленных как внешними, так и внутренними причинами. Диапазон; таких колебаний поддается строгому определению; при его превышении происходит дестабилизация системы и ее переход в другое состояние — измененное состояние сознания (по [173]). Как видим, уже по этому предельно сжатому изложению концепции Тарта можно выделить такие специфические черты виртуальной реальности, как порождаемость, актуальность. Отметим также очевидную для ИСС, в том числе и «психологических виртуальных реальностей», особенность - индивидуализм. Эти реальности не являются разделенными с другими субъектами, в отличие, например, от физической.
Позднее, видимо после знакомства с работами ДжЛанье, Ч.Тарт выдвигает предположение о возможности интерпретации природы психики как виртуальной. Проводя аналогии с компьютерно генерируемой виртуальной реальностью, он рассматривает психологическую виртуальную реальность как образ мира, заново порождаемый в каждый момент времени. Ч.Тарт различает виртуальную реальность и ординарную реальность, существующую стабильно t ; относительно виртуальной реальности и нормально относительно измененных состояний сознания.
Помимо психологической виртуальной реальности, ЧЛарт ввел понятие Процессуального Симулятора Мира (the World Simulation Process) как конечного паттерна нервных событий, которые мы осознаем, «механизм,
56
создающий (creating, в переводе Н.А.Носова порождающий) виртуальную реальность, в которой мы реально живем» [221, 227]. «Наше нормальное восприятие физической реальности не является восприятием реальности per se, но, скорее, это достаточно произвольная конструкция, виртуальная реальность, но специфическая виртуальная реальность, имеющая в своем основании культурные презумпции» - утверждает Ч.Тарт [221, 230]. И когда Процессуальный Симулятор Мира дает нам виртуальную реальность, которая значительно отличается от реального мира, мы становимся дезадаптивными. Однако, надо заметить, что на определение того, что является «реальным» в мире, сильно влияют виртуальные реальности, порожденные ранее Процессуальным Симулятором Мира. Носов справедливо замечает, что «никто на Западе, даже сам Тарт, в дальнейшем не развивал эту модель» [128, 37]. Как видим, предложенное Тартом понимание виртуальной реальности также является предельно широким, как и подходы И.Г.Корсунцева и С.А.Борчикова. у Нужно, отметить,. что теория ИСС не ввела термин для обозначения ^измененных состояний сознания, вызванных взаимодействием с компьютерной техникой. Можно предположить, что этот тип ИСС есть сугтестогенное состояние, вызванное иллюзией попадании в экстремальные внешние условия, и именно это возникающее аутогипнотическое воздействие и обусловливают включение механизмов пере- и дезадаптации, характерных для экзогенного состояния.
Следующий тип реальностей, к которым применяется предикат «виртуальные» - это различные эзотерические реальности (В.С.Поликарпов, В.А.Поликарпова, А.А.Еникеев, А.С.Тимощук и др.).
Словом "эзотерический" принято обозначать учения мистического характера, опирающиеся не на догмы ортодоксальных религий (христианство, ислам и др.), а на личный мистический опыт и его истолкование. Сюда же стали относить и различные нетрадиционные религиозно-мистические переживания и техники достижения измененных состояний сознания. В наше время к
57
эзотерическим учениям в равной мере относят и сектантские ответвления известных религиозных учений (суфизм, исихазм, даосская йога и т.п.), и учения, возникшие вообще вне лона традиционных конфессий, например, учения К.Кастанеды, Р.Штейнера, Д.Андреева, Г.Гурджиева и др.
Анализ эзотерических учений [161] позволяет дать характеристику эзотерическому мироощущению. Для него бытие разделено на две реальности (два мира) - обыденную и эзотерическую, причем, как правило, обычный мир, культура, разум плохо устроены или просто неподлинны, иллюзорны. Интересно в этом плане заметить, что эзотерик — это, как правило, человек, критически относящийся к основным ценностям свой культуры: «Наш мир, которым для слишком многих исчерпывается реальность, - писал Н. Бердяев,-мне представляется произвольным. Он далек от Бога... Все далекое от Бога провинциально» [24, 156]. Эзотерический же мир, другие «подлинные» реальности с необычными свойствами - это мир, где человек может найти своё спасение, обрести подлинное существование. Целью настоящей жизни является обретение эзотерической реальности, и не просто обретение как знание, уверенность в существовании этой реальности, а переход человека в нее. Реализация жизненной цели возможна путем следования эзотерическим идеям и учениям, которые, с одной стороны, описывают эзотерический мир, ас другой — дают путь и способ, ведущие в этот мир. Человек может войти в эзотерический мир, но для этого он должен изменить свою жизнь, решительно переделать, трансформировать себя. Путь к этому — духовная работа над собой, а также психотехническая практика.
В отличие от религиозного пути (пути к Богу и жизни в соответствии с божественными начертаниями и, законами), эзотерический путь - это путь отдельного человеку индивидуальный, хотя потом, как правило, складывается эзотерическая школа. Представители каждой эзотерической школы не только описывают «подлинную реальность» как отличную от обычной физической и социальной реальности (кстати, и между собой эзотерические реальности не
58
совпадают), но, главное, опытом своей жизни они удостоверяют истинность каждой такой реальности.
Чрезвычайно интересен психологический механизм обретения «подлинной реальности». Природа нашего восприятия мира (ощущение того, где мы пребываем) определяется не только внешними впечатлениями от предметов, но и нашим «внутренним опытом» (т.е. предыдущими актами восприятия этого мира, знаниями о нём, в терминологии Ч.Тарта -виртуальными реальностями, порожденными ранее Процессуальным Симулятором Мира). В эзотерической практике под влиянием психотехнической работы роль впечатлений от внешних предметов постепенно сводится к нулю: их заменяют воспоминания соответствующих переживаний, подкрепленные специальными установками сознания — требованием лишь по желанию полноценно видеть, слышать, ощущать предмет, не имея его.
Так, общая логика психотехнической системы йоги предполагает следующее [161]:
- выработку особых способностей, позволяющих актуализировать и визуализировать внутренние представления и реальности;
- переосмысление и в идеале свертывание (уничтожение в себе) всех потребностей, включающих человека в повседневную реальность, других реальностей, составляющих обычную жизнь;
- развитие и совершенствование реальностей и представлений, отвечающих учению, которое, в свою очередь, дает эти представления, систему координат для построения реальностей;
- актуализацию и реализацию этих представлений и, как высшая точка, подавление всех реальностей, кроме одной. Это и есть сатори, Нирвана.
С точки зрения людей, не принимающих эзотерических учений, эзотерическая реальность может быть отнесена к числу суггестогенных измененных состояний сознания [27].
Практика йоги продемонстрировала, что опыт и психические образования, которые сложились в человеке и зачастую осознаются лишь
59
частично, могут, как и внешний мир, поставлять сознанию впечатления и образы. И не просто поставлять, а образовывать для человека полноценный и богатейший мир, где человек может полноценно жить. Т.е. порождается некая реальность, имеющая такие признаки виртуальной как порождаемость, актуальность, автономность.
У этого эзотерического виртуального мира есть два важных качества, которые отсутствуют в ординарной реальности. Первое — для внешнего, невключенного («невоцерковленного») наблюдателя он возник на основе внутреннего мира и опыта самого человека, поэтому, с одной стороны, ограничен этим опытом, с другой — абсолютно естественен для человека. «Образно говоря, человек, вошедший в эзотерический мир, «летит в самого себя», «путешествует по своим собственным реальностям», «погружается в собственный опыт» [161,234]. Это свойство роднит эзотерические реальности с измененными состояниями сознания и, как покажем ниже, со сновидением. Второе — в отличие от ИСС и сновидения, эзотерический мир поддается преобразованию, трансформации в направлении идеала, заданного учением.
Итак, в эзотерическом опыте жизни эзотерическая реальность совпадает с личностью самого эзотерика, открывающего эту реальность; практика, на основе которой конструируется подлинная реальность, совпадает с психотехникой, направленной на кардинальное преобразование самого себя; эзотерическая личность в идеале реализует полную власть над собой, Я-реальность эзотерика в конце концов становится эзотерической реальностью.
Сразу обратим внимание, что реальности, создаваемые в рамках других, в. частности, компьютерных, технологий виртуальной реальности, не предполагают сознательную перестройку личности, распространение властных отношений на самого себя, совпадения виртуального пользователя и виртуальной реальности.
Сон, по нашему мнению, является ситуацией, отличающейся от повседневной жизни и наделенной своей особой реальностью. Сновидения
60
становятся частью системы реальностей человека и как часть этой целостности получают различного рода объяснения и оправдания с помощью тех или иных теорий.
В 1991 году в Москве ВЛ.Друком - психологом, режиссером и поэтом был создан Институт сновидений и виртуальных реальностей. Непосредственной задачей его сотрудников стала разработка «теории реальностей восприятия», или виртуальных реальностей, к которым были отнесены в первую реальности очередь сновидения, кроме того, реальности посмертного существования, художественных произведений, реальности, выявленные парапсихологией [42].
В архаической культуре сновидение выступает как реальное событие или свидетельство, так как оно понималось как приход к человеку во время сна другой души или путешествие своей души вне тела. При этом душа могла одинаково легко перемещаться как в пространстве, так и во времени (см., например, [190]). В культуре древних царств (Египет, Вавилон, Индия, Китай) и в античной культуре сновидение выступало как послание, направляемое человеку Богом (или демоном). В античной культуре, кроме того, впервые человек отрицает связь сновидений с обычной жизнью. В «Метаморфозах» Апулея один из героев говорит: «Не тревожься, моя хозяюшка, и не пугайся пустых призраков сна. Не говоря уже о том, что образы дневного сна считаются ложными, но и ночные сновидения иногда предвещают обратное» [8, 167]. Подобные трактовки феномена сновидений были и в Средние века.
В XIX веке, когда возникли физиология и психология, проблема сновидений стала рассматриваться на новом уровне.
З.Фрейдом сновидение было отнесено не к реальности вне человека, а к его психике и сознанию. Как показал З.Фрейд [188], события сновидения имеют необычную (в сравнении с бодрственной) логику сознавания и систему ценностей, допускают склейку образов, относящихся к разным реальностям, иначе располагаются во времени, точнее, сновидческое время существенно отличается от обычного. М.Ю.Опенков, ссылаясь на Ф.Ницше, Л.Шестова
61
также обращает внимание на специфическую логику сна: «Спящий человек... может считаться как бы существом из другого мира, где вступают в свои права иная логика, представления об очевидности и a priori, не имеющие ничего общего с относительными истинами действительного мира» [116, 212]. Погружая человека в себя, строя собственное пространство и время, реальность I сна захватывает его. И это одна из важных точек соприкосновения, в частности, между компьютерной виртуальной реальностью и сновидением.
Для М.Фуко, также трактовавшего реальность сновидения как психическую, сновидение соотнесено только само с собой и со свободой человека и не требует связи с «внешней» реальностью. И если у Фрейда психика «говорит» «языком сновидений», то у Фуко в сновидении реализуется наше творческое Я в его различных ипостасях, порождающее мир свободы. [161,87].
Фрейд наделял сновидения важной охранительной функцией. Попав в сознание, неудовлетворенные бессознательные желания удовлетворяются, проживаются, и этот процесс образует сновидение.
В.Розин, помимо фрейдистского блокированного желания, ввел еще один компонент, реализующийся в сновидениях, — блокированную активность: «...Когда деятельность блокируется, актуализированный мотив вытесняется из сознания, а сформированная им программа деятельности уходит на другой «горизонт» психики, где и реализуется в новых условиях... именно этот процесс — построение событий, обеспечивающих реализацию блокированных желаний, - и образует материальную основу сновидений» [161, 75].
Процессуальность реальности сновидения позволяет отнести ее к «бытию-действию», чистой области действования, что также роднит ее с виртуальными реальностями.
Сновидение имеет все признаки психологической виртуальной реальности, выделенные Н.А.Носовым: сновидение порождается психикой и существует в психике человека (свойство порожденности). Сновидение существует, только пока человек спит (свойство актуальности). События в
62
реальности сновидения подчиняются другим законам, нежели реальности бодрствования (свойство автономности), но, несмотря на это, человек переживает события в своем сновидении как реальные события: реально пугаясь и реально радуясь, о чем свидетельствуют и соответствующие физиологические реакции организма (свойство интерактивности - в понимании . ^ Носова как взаимодействие с другими реальностями в качестве онтологически независимой).
Другой важный вопрос, который необходимо разрешить для того, чтобы соотнести реальность сновидения с понятием виртуальной реальности, это вопрос о том, насколько сновиденческий образ ограничивается характером своего носителя. Мы уже отмечали такую особенность виртуальной реальности \^как заданность ее возможностей ее носителями. Парадокс реальности сновидения заключается в том, что в сновидении образ и носитель образа -один, и тот же человек. Однако в момент сна человек как носитель образа выступает чем-то иным по отношению к своему образному воплощению в сновидении. Так, например, звуки, которые воспринимает спящий человек, объективируются в самостоятельные образы сна, что возможно именно потому, что снящийся себе человек отрешается от физически спящего человека.
Таким образом, между виртуальной реальностью, например в ее компьютерном понимании, и сновидением имеется по крайней мере одно ^ существенное различие: в компьютерной виртуальной реальности человек воплощается через иное по отношению к себе — некие технические и программные средства, его виртуальный образ всегда отличен от него самого, являясь инобытием. В противоположность этому образная явленность человека в сновидении есть явленность его самого как такового без посредства каких либо иных по отношению к себе носителей.
То же самое верно и по отношению к измененным состояниям сознания, в том числе, и психологическим виртуальным реальностям, и к эзотерическим реальностям: человек, как субъект этих реальностей, благодаря сугтестогенному, экзогенному, фармакогенному факторам или их сочетанию,
63
воспринимает свою Л-реальность как «иную», однако в эту «иную реальность» не привносится ничего такого, чего бы не было прежде в сознании и (или) подсознании человека. То есть нет онтологически независимого Другого, с которым бы велся некий диалог, нет интерактивности как понимаем ее мы. Факторы же, инициирующие переход в виртуал, измененное состояние сознания, эзотерическую реальность, нельзя считать носителями в полном смысле этого слова, как обладающими самосущим бытием. Эти факторы только провоцируют изменение психического состояния субъекта, которое и порождает новую реальность. Таким образом, единственность носителя не позволяет реализовать интерактивность.
Итак, мы можем сказать, что и сновидения, и измененные состояния сознания, в том числе и психологические виртуальные реальности, и эзотерические реальности, хотя и; очень близкие по своей онтологической структуре к виртуальной реальности типы бытия, но все же не тождественные ей.
В футурологическом трактате СЛема «Сумма технологии» прямо указывается на это отличие: ««Других людей» и «другие миры» создает не мозг человека, подвергающегося фантоматизации, — их создает машина» [103, 313].
Мы будем разграничивать понятия сновидения и виртуальной реальности, как и понятия виртуальной реальности и измененных состояний сознания, эзотерической реальности, и использовать предикат «виртуальные» только в уже устоявшемся термине «психологические виртуальные реальности».
Тем ни менее, некоторые исследователи (В.Друк, М.Ю.Опенков и др.) рассматривают сон как виртуальную реальность. Мы полагаем, что для наших целей сновидение имеет смысл рассматривать как метафору виртуальной реальности, позволяющую четче обозначить некоторые ее свойства.
Выше мы уже указывали на адиафоричность виртуальной реальности. М.Ю.Опенков также отмечает, что, подобно сну, виртуальные реальности погружают человека не в отдельные звуковые, словесные, музыкальные и прочие пространства, а их со-бытие и слитность.
64
И еще одна особенность, которую мы не можем не отметить, - по словам Гераклита «у бодрствующих существует единый общий мир, во сне же каждый уходит в свой собственный» [66, 304]. Так и виртуальная реальность строго индивидуальна в том смысле, что, несмотря на возможную общность носителей, каждый субъект творит ее исключительно для себя.
предыдущий следующий
= К содержанию =


2.1. РЕАЛЬНОСТИ, ПОРОЖДАЕМЫЕ ТОЛЬКО ПСИХИКОЙ СУБЪЕКТА - релевантная информация:

  1. 1.1.1. Этимология понятия «виртуальный» и многообразие его использования в философии и науке
    реальности, и это закономерно, так как этимология понятия «виртуальный» весьма любопытна. Так, в санскрите глагол vrtti означает мгновенную, беспрепятственную реализацию психического акта Йога. При этом происходит актуализация неких ментальных конструкций, образов, которые мы считаем реальностью и- с которыми взаимодействуем, например: «Йога есть удержание материи мысли /читта/ от обличения в
  2. 1.3. ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ВИРТУАЛЬНОЙРЕАЛЬНОСТИ
    реальности, явно или неявно отмечаемые различными авторами онтологические особенности виртуальной реальности сходны между собой. С.СХоружий [194] рассматривает виртуальную реальность в рамках известной триадологической схемы: dunamis-energeia-enteleceia, восходящей к Аристотелю. Он утверждает, что в случае с виртуальной реальностью вступаем 33 в область не-аристотелева дискурса, что, по-видимому,
  3. ГЛАВА II ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ПРОТОТИПЫ ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИПроанализируем феномены, которые в литературе последнего десятилетия часто рассматриваются как виртуальные реальности, и попытаемся определить, насколько правомерно применение к ним данного понятия, имеет ли смысл в каждом конкретном случае «умножать сущности без настоятельной на то необходимости».Эти феномены относят к виртуальной реальности, как правило, в рамках подхода, обозначенного нами как третий, согласно которому понятие виртуал
    реальности, и попытаемся определить, насколько правомерно применение к ним данного понятия, имеет ли смысл в каждом конкретном случае «умножать сущности без настоятельной на то необходимости».Эти феномены относят к виртуальной реальности, как правило, в рамках подхода, обозначенного нами как третий, согласно которому понятие виртуальной реальности применяется к реальности когнитивных и социальных
  4. 3.2.1. Виртуальная реальность погружения (иммерсивная виртуальная реальность)
    реальностью мы понимаем невещественную реальность, сенсорно сходную с вещественной, условно воспринимаемую как вещественная и обладающую свойствами, позволяющими ей быть ясно идентифицируемой различными субъектами. Эта реальность порождается в сознании человека в процессе взаимодействия со сложными техническими системами — компьютерными системами виртуальной реальности6, обладает собственным
  5. Актуальность темы исследования.
    реальность», «виртуальный офис», «виртуальная сеть», «виртуальные технологии», «виртуальный банк», «виртуальная конференция», «виртуальная экономика», «виртуальное сообщество», «виртуальное общение» и т.п., стала обыденной. Термины, производные от слова «виртуальный», активно вводятся в оборот разного рода аналитиками современного общества - от философов и культурологов до политиков и
  6. 1.2. ОСНОВНЫЕ ПОДХОДЫ К ПОНИМАНИЮ ВИРТУАЛЬНОЙ РЕАЛЬНОСТИ
    реальность», так неоднозначно и понимание этого феномена. Мы не считаем возможным в данной работе рассматривать возрождение в современной философии и науке схоластический идеи virtus как действующей причины, некоего активного начала, присущего универсуму в целом и его фрагментам [139], и, соответственно, понимание виртуальной реальности с объективистской позиции, наделяющее ее действительным
  7. 2.2. РЕАЛЬНОСТИ, ПОРОВДАЕМЫЕ ВЗАИМОДЕЙСТВИЕМ СУБЪЕКТА С ВНЕШНИМИ ДЛЯ НЕГО ФАКТОРАМИ
    реальности как онтологического прототипа виртуальной реальности можно выделить такие подходы к проблеме: - применение признаков виртуальной реальности к реальности художественной (и анализ художественной реальности как виртуальной) (Е.И.Анненкова, П.И.Браславский, М.Б.Игнатьев). М.Эпштейн отмечает, что «в последнее время эстетика и теория литературы все чаще обращается к концепции возможных миров
  8. 3.1. ВИРТУАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ ИГРЫ
    реальность» - Т.К.)» [19, 10]. Если использовать принятую нами 78 терминологию, то можно сказать, что игровая реальность порождаема ординарной, другими словами, обладает свойством порождаемое™. Мы хотим подчеркнуть, что «... карнавал был не художественной театрально-зрелищной формой, а как бы реальной (но временной) формой самой жизни (курсив наш — Т.К.), которую не просто разыгрывали, а которой
  9. 3.2.2. Виртуальная реальность компьютерных сетей
    реальности к киберпространству глобальной компьютерной сети Internet, применялось изначально, т.е. с самого начала развития Сети [58]. Мы уже обращали внимание на синонимизацию понятий «виртуальная реальность» и «киберпространство». Так и М.М.Кузнецов 105 отмечает, что понятие виртуальной реальности было расширено по сравнению с изначальным и стало применяться для обозначения мира сетей: «В то
  10. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
    реальности и определены онтологические особенности виртуальной реальности. Анализ феноменов, которые в литературе последнего десятилетия часто рассматриваются как виртуальные - измененных состояний сознания, в том числе «психологических виртуальных реальностей», эзотерических и сновиденческих реальностей, реальностей художественных произведений - показал, что применение к ним данного предиката не